Страна "красных" зон

тюрьма в Беларуссии В исправительных колониях Беларуси нет воровского хода
Зона есть зона. Внешне она одинакова - что в России, что в Беларуси. Похожие ряды колючей проволоки, бетонные заборы и локальные участки. Но все это первое, лежащее на поверхности, впечатление . А что же на самом деле?
«Не хочешь - заставим!»
В отличие от России, где на одной зоне могут оказаться и «первоход», и «строгач», в Беларуси все колонии разделены на две большие группы. Первую образуют зоны, в которых отбывают наказание лица, ранее не судимые. Причем в этих зонах осужденные могут находиться в условиях как общего, так и усиленного режимов.

Вторую группу образуют спецучреждения, где отбывают наказание те, кто ранее уже побывал в местах лишения свободы. В этих колониях осужденные могут содержаться уже на всех режимах - общем, усиленном, строгом и особом. Все режимы, за исключением особого, отличаются лишь количеством свиданий и передач в течение года, а также суммой денег, которую зек может потратить в ларьке на протяжении месяца. Что же такое особый режим, пояснять, собственно, и не требуется. Ясно, что это камерная система. Еще одним существенным моментом является то, что в Беларуси нет «черных» зон. Здесь все зоны «красные». Это понимает каждый зек, впервые попавший в карантин исправительного учреждения.

Приезд в зону для «первохода» начинается с того, что на КПП «активисты», или «козлы», принуждают ошалевшего от этапа новичка подписать так называемые бумаги. Под бумагами понимаются обязательства безупречно выполнять требования администрации колонии и вступить в «самодеятельные организации осужденных», то есть в секции. Не хочешь подписывать бумаги? Не вопрос! Через пару дней начальник карантина составит рапорт, придумав зеку какое-нибудь нарушение ПВР (правил внутреннего распорядка), и можешь смело примерять «кичевку» в ШИЗО. Пятнадцать суток обеспечено.

Впрочем, это еще далеко не все. Хождение между «кичей» и карантином будет долгим - месяца три, лишь после этого администрация соизволит «поднять» строптивого осужденного в отряд. А затем у него состоится «задушевная» беседа с начальником отряда, который будет долго и нудно убеждать в необходимости подписания бумаг. Зек вновь упорствует и отказывается это сделать? Ничего страшного. Администрация и здесь имеет решение. Не в меру принципиальный сиделец отправляется в ПКТ, именуемое не иначе, как БУР.

«Забуренный» зек может провести в тюрьме внутри зоны до полугода, а затем будет отправлен на так называемую «крытую» тюрьму. Причем на несколько лет. Такова цена принципиальности того, кто отказался подписать бумаги. Справедливости ради надо сказать, что сотрудникам администрации колонии в принципе было бы глубоко до лампочки, подписал зек бумаги или не подписал их. Если бы не одно «но». В Беларуси, помимо плановой экономики, все должно быть по плану и, естественно, контролироваться сверху. В том числе и охват зеков мерами воспитательного воздействия. Не будет стопроцентного охвата этими мерами - не будет премий у сотрудников. Ведь надо регулярно отчитываться наверх о проделанной работе.

Поэтому приписки - характерное явление не только в сельском хозяйстве и промышленности маленькой, но гордой республики. Это же явление процветает и в пенитенциарной системе, где число «охваченных исправительным процессом» и, соответственно, «ставших на путь исправления» зеков по отчетности должно уже давно быть в несколько раз больше числа осужденных.

Цена свободы

Впрочем, не все так гладко даже в такой процветающей стране, как Беларусь. Есть еще одна категория осужденных, не сидящих по ШИЗО и БУРам, но тем не менее « не ставших на путь исправления». И кто же они такие? Это так называемые «исковики»! То есть те, кто имеет по приговору материальный иск, но не погасил его.

Чтобы было понятно, о чем идет речь, требуется небольшое пояснение. В Уголовном кодексе РБ, в отличие от российского, существуют такие понятия, как конфискация имущества и гражданский иск в уголовном процессе. Поэтому, если по приговору, помимо срока, осужденный «получает в плечи» еще и иск, как правило, взятый, что называется, «с потолка», то в зоне такой зек автоматически становится «не ставшим на путь исправления».

После этого можно забыть об УДО, да и об иных поблажках в виде замены режима наказания более мягким, например, о той же уже подзабытой в России «химии». Ни один «хозяин» не отважится отпустить. Да и зачем это нужно администрации? Зеки ведь нынче дорогой «расходный материал».

Впрочем, наличие иска создает и другие трудности. Начальник отряда не разрешит арестанту, имеющему иск, отоварку в ларьке на положенную по закону сумму. К такому осужденному ни мать, ни жена не смогут приехать на свидание длительностью трое суток. В лучшем случае это будет встреча продолжительностью двадцать четыре часа и дополнительный вынос со свидания десяти килограммов продуктов, а не тридцати.

Ну ладно, допустим, зек осознает, что иск надо платить, иначе дома окажешься не скоро. И здесь начинается самое интересное. Несмотря на то что в исправительных колониях нет нерабочих отрядов, работы на всех не хватает. Собственно, ее и не может хватать, ведь в целом экономика страны находится далеко не в лучшем состоянии, только об этом как-то не принято говорить. А чем зона лучше? Да ничем. И остается зекам сегодня непонятно чем занятый рабочий день и вдобавок - рабский труд. Ведь зарплата тех, кто вкалывает полную смену на промке, редко превышает двести рублей в месяц, если пересчитать «получку» на российские деньги. Соответственно, зек в день зарабатывает около восьми рублей. Хорошо, если на пачку сигарет хватит. А то и деньги, присланные с воли, надо добавлять, иначе «ни курить, ни варить» не будет. Как на такую «зарплату» можно выплатить многомиллионный иск, никто ответ дать может. Разве что только прокурор, бывающий иногда в зоне, посоветует зекам, чтобы их родственники продавали жилье и направляли деньги на погашение иска. Такова цена свободы.

Профессор с помелом

Впрочем, попав в белорусскую зону, видишь и другое, что поражает воображение. Вот по локальному участку ходит с метлой доктор наук, профессор, получивший 6-летний срок с конфискацией имущества за подброшенную ему студентом 50-долларовую купюру. Сегодня доктору наук поставлена важная задача - тщательно подмести территорию «локалки». Зек-профессор чем-то провинился или стал по своей воле «шнырем»? Нет! Просто «хозяин» считает, что все осужденные должны поработать метлой, участвуя в «работах по самообслуживанию».

Наблюдая за этими «работами», поневоле приходишь к мысли, что все это похоже на времена печально известной китайской революции во главе с «великим кормчим», стая хунвэйбинов и профессурой, отправленной в заброшенные села на перевоспитание. Воистину, все в жизни повторяется!

Но далеко не все в зоне машут метлой. В колонии есть так называемый «актив», который назначается администрацией и «рулит» остальными зеками. Причем ни один «активист» с метлой ходить не будет.

Надо сказать, что гениальное изобретение пенитенциарной системы сталинских времен - зеки «рулят» зеками - сегодня на полную мощь применяется в Беларуси, причем действует безотказно! Единственное, до чего пока не додумались гениальные теоретики уголовно-исправительной системы, - организовать известные на весь мир «шарашки».

А зря! Ведь число осужденных за экономические преступления в Беларуси в пять раз превышает число осужденных за такие же преступления в России. И с метлой по «локалке» ходят не только «доценты с кандидатами». Посильное участие в работах по благоустройству зоны принимают и бывшие директора заводов, и разжалованные полковники, и прочий люд, умеющий хорошо работать головой. Но сегодня все они объявлены коррупционерами, взяточниками, «расхитителями соцсобственности». Поэтому и отбывают наказание. А отбытие такового есть воспитательный процесс. Причем никого не волнует, что большей частью доказательств в приговоре нет и сидишь ты только потому, что назначен преступником. Сиди и не рыпайся! Срок закончится - пойдешь домой. А пока радуйся жизни, работая метлой и тряпкой. Таковы реалии белорусской исправительной колонии и от них никуда не денешься. Впрочем, не все же время работать. Иногда даже в зоне можно немного отдохнуть. И здесь на помощь приходят уже упомянутые «самодеятельные организации осужденных».

Каждый зек, подписавший бумаги, обязан, пусть даже формально, в этих организациях участвовать. Естественно, никто ничего делать не хочет. Но показуха - великая вещь. И в казарме отряда ежемесячно обновляется никем не читаемая стенгазета, осужденные в добровольно-принудительном порядке подписываются на ведомственное печатное издание, называемое ими не иначе, как «Козий путь». Исправительная же колония в обиходе между зеками называется «Пионерлагерь "Козленок"». Правда, качество баланды в этом пионерском лагере хромает. Можно говорить на эту тему много и долго. Впрочем, проще рассказать об одном эпизоде.

...«Хозяин», зайдя в столовую, оторопел. На столе он увидел тазик с тушеной капустой - «бигосом», причем от этого «блюда» исходил такой запах, от которого стошнило бы и гиену. Начальник колонии, посмотрев на это чудо кулинарного искусства и обернувшись к зеку-завхозу столовой, произнес одну-единственную фразу: «Корми зеков хотя бы так, чтобы они в столовой могли перекусить». Заметим, не «поесть», а «перекусить». Слово «поесть» у «гражданина начальника колонии» даже в мыслях не появилось.

...Но вот назначенный судом срок подходит к концу. Вас ждет поход на административную комиссию, решение которой будет направлено опять же в суд, выносящий окончательный вердикт о замене режима более мягким или об условно-досрочном освобождении. Впрочем, не спешите радоваться. Перед тем как комиссия примет столь желанное для вас решение, помимо иска будьте любезны оплатить счета за страшные кирзовые ботинки и робу с жуткой телогрейкой, которые вам выдали в зоне. Причем заплатить по ценам обуви от «Саламандер» и одежды от «Армани». Ах, полученные при приезде в зону вещи вы давно выкинули? Это ваши проблемы! Заплатите зоне денежки и радуйтесь, что так легко проскочили комиссию. И то только потому, что «хозяин» был в благостном настроении и не припомнил мобильник, найденный у вас четыре года назад. Тот телефон, за который вы взяли три 15-суточных срока в ШИЗО зоны. Поэтому считайте, что вам крупно повезло. А после суда ожидайте этапа. Спустя три недели вы будете на «химии», где придется обживаться с новыми соседями по общежитию и искать себе работу. До дома осталось совсем чуть-чуть. От силы год-полтора.

Итак, Беларусь ждет вас в «уютных и никогда не пустующих» исправительных колониях. Как говорится, добро пожаловать! Welcome to Belarus!

Алесь Лайдак г.Минск
(специально для "ЗР")

По материалам газеты
"За решеткой" (№5 2011 г.)