Три трупа за два часа

 

приговорен пожизненно Дело Руслана Насибуллина стало едва ли не последним в России, по которому был вынесен расстрельный приговор. Тогда же в нашей стране был введен мораторий на смертную казнь. Автор этих строк беседовал с Насибуллиным в сызранском СИЗО в те дни, когда он ждал этапа к месту отбытия наказания. Какими были его мысли о будущем? Как он оценивал тяжесть содеянного? Раскаивался ли, и если да, то насколько искренне?

Банда малолеток

Имя главаря банды юных душегубов Руслана Насибуллина до сих пор многие самарцы вспоминают с содроганием. А ведь пик их активности пришелся на начало 1995 года. Между тем едва ли в Поволжье найдется много дел периода лихих 90-х, которые вызывали бы больший общественный резонанс.

Группа Насибулпина предстала перед судом после того, как на протяжении долгих месяцев держала в страхе весь рабочий район Безымянка. Преступникам вменили около трех десятков эпизодов, в том числе - семь убийств. Многие юристы утверждали, что подобных дел здешние места не знали с послевоенных лет. Главарь банды - 20-летний на момент суда Руслан Насибуллин - был приговорен к расстрелу. Его кассационную жалобу Верховный суд отклонил. Однако гуманизация исполнения наказаний в те годы спасла многих серийных убийц от «вышки»...

Смертники ожидали решения своей участи в камерах-одиночках Сызранского СИЗО-2. Попав в это учреждение, Насибуллин стал постоянным читателем тюремной библиотеки. Он планировал осилить «Идиота» Достоевского.

Убранство его камеры состояло из нар и небольшого стола. Питались смертники так же, как и все остальные арестанты.

Уже после суда Насибуллин сказал, что на его счету было порядка пятидесяти (!) преступлений. Наряду с убийствами - грабежи и разбои. В суде же, в силу «скромности» ряда потерпевших, не пожелавших общаться со следователями, фигурировало немногим более половины из них. Кроме Насибуллина, в группировку подростков-убийц входили Алексей Львов, Роман Кассиров, Александр Чеканов, Сергей Кулаков и Владислав Маркелов. Проходили по делу и еще несколько человек, в том числе младший брат Руслана. Почти все члены банды были соседями, жили в одном дворе. Долгое время Руслан вел вполне законопослушное существование, учась в обычной школе, он посещал музыкальную по классу аккордеона. Мечтал освоить гитару. Какое-то время занимался самбо и плаванием. Порой читал фантастику, но любителем литературы не был. После школы поступил в институт связи. Вылетев с первого семестра, стал совмещать должности экспедитора и кладовщика в одной из фирм. Первый раз Насибуллин и сотоварищи пошли на дело погожим апрельским днем. Тогда они совершили обычную кражу. Из квартиры общего знакомого украли золото, видеомагнитофон, кассетный магнитофон, усилитель и кое-что из носильных вещей.

Обычно все происходило так. Ближе к вечеру подростки высматривали на улице или в транспорте потенциальную жертву. Ею, как правило, оказывались подвыпившие мужчины старше сорока. Сбив человека с ног палкой, его били всем скопом, а когда он терял сознание, выворачивали карманы.

Первое убийство произошло осенью. В этот день малолетки в очередной раз пошли, как они выражались, «на обувало». В трамвае им приглянулась куртка 36-летнего М. Когда мужчина подошел к дому, Маркелов ударил его по затылку. Человек упал, и его долго били ногами. Потом сняли куртку, часы и оставили умирать.

Из беседы с Русланом Насибуллиным

- Ты был безоговорочным лидером группы?
- Я считаю, что нет. Просто я - единственный совершеннолетний из этой компании. Вот и стали говорить, «группа Насибуллина». Часто преступления совершались спонтанно. Далеко не всегда мы бродили целенаправленно, выискивая жертву.
- Тебе снятся жертвы?
- Нет.
- Что вас толкало на преступления?
- Безденежье. Фактически мы совершали разбойные нападения. На них мы шли, чтобы немного приодеться. Иногда мы носили одежду наших жертв. А когда и продавали. Мы старались выслеживать людей, на которых были кожаные куртки и норковые шапки.
- Но вы же не расправлялись с состоятельными, хорошо одетыми людьми. Крутые просто не попадались. А то и им бы не поздоровилось.

За бутылку водки

Через неделю после новогодних праздников Алексей Львов, учившийся в ПТУ на слесаря-ремонтника и считавшийся правой рукой Насибуллина, отмечал 16-летие. После небольшого застолья было решено пойти на поиски приключений.

В этот день на счету бандитов оказалось пять разбоев и три трупа. Сначала из-за ондатровой шапки и дубленки нелюди убили главного механика «Волгостальмонтажа», который тоже отпраздновал день своего рождения и вышел на улицу прогуляться. Эта прогулка для него оказался роковой.

Кстати, после Нового года у бандитов появились новые орудия убийства. Горожане выбрасывали на улицу елки, и малолетки стали использовать для нападения черенки от них вместо обычных штакетин, отломанных от скамеек.

Потом душегубы прикончили подвыпившего работягу. Мужчина через день должен был хоронить мать. Купив с горя бутылку водки, он шел домой. Но не дошел - его труп был найден через сутки. Работягу убили за бутылку водки.

За бутылку же, только портвейна, в ста метрах от этого места и спустя всего несколько минут была забита до смерти еще одна жертва бандитов. Она умерла в больнице, не приходя в сознание.

Пенсионеру Михаилу А. тем вечером «повезло». Возвращаясь из гостей домой, он уже подошел к подъезду своего дома и стал открывать дверь. Но, получив монтировкой по голове, потерял сознание. У него преступники не взяли ничего. Они даже не польстились на лежавшие в его кармане пятнадцать тогдашних тысяч. В этом случае им был важен сам «процесс». Очнувшись, пенсионер стал звать на помощь. На его крики прибежали родственники.

Из беседы с Русланом Насибуллиным

- Вы часто совершали преступления в не трезвом состоянии?
- Да мы почти всегда были трезвыми. За исключением 8 января, когда в течение одной
ночи убили троих. Тогда мы здорово выпили и, что называется, вошли в раж.
- Кроме того, еще двоим в ту ночь вы нанесли тяжкие телесные повреждения?
- Да. Остались в живых только те двое, которых били монтировкой. Ею я ударял не очень сильно. Боялся проломить череп.
- Выходит, ты бил как бы щадя?
- Ну, сейчас это звучит издевательски...
- Ты слышал хруст костей, когда наносил удары?..
- Нет. Чаще всего я бил три раза. Редко - пять. Стояла зима, люди ходили в шапках, которые смягчали удары. Он не видел, как они умирали…

Четыре дня спустя черенком елки был убит 42-летний мужчина - начальник турбазы. С него преступники сняли серебряную печатку. Через два дня малолетки убили идущего с рынка «челнока». В этот раз у душегубов был рекордный улов. У торговца взяли товаров на два миллиона «старых» рублей. Последнее же убийство было совершено третьего февраля.

Из беседы с Русланом Насибуллиным

- Что было, когда ты, совершив преступление, приходил домой? Пытался, что называется, забыться?
- Нет. Понимаете, я же не видел, как умирали мои жертвы. Если бы я, к примеру, смотрел на конкретный человеческий труп, расчленял его, то, чтобы забыть все эти ужасы, возможно, напился бы. А так у меня даже аппетит был нормальный. Ведь я не знал, что они погибают. Я был уверен, что все они выжили. Мы выслеживали людей, доводили их до темного безлюдного места. Как правило, первым бил я, поскольку был сильнее подельников. Человек терял сознание, кровь капала на снег, и все. Мы оттаскивали его в сторону, шмонали и уходили. Вообще все происходило очень быстро... После ареста мне предъявили обвинение в убийстве 30-летнего парня. Попав в камеру временного содержания, я задумался и понял, что кроме него могли быть еще убитые. Так и вышло. Вскоре я попал в следственный изолятор. Там-то мне и предъявили обвинение в остальных убийствах.
- Среди твоих прежних приятелей были судимые?
- Нет. Я вообще не имел представления о преступном мире. Даже не знал, что тюрьма и колония - совершенно разные вещи.
- Говорят, что чаще в ваше поле зрения попадали нетрезвые люди.
- Это так. Ведь пьяного гораздо легче отключить. А вообще правильно говорят, что у палки два конца. Одним ты ударишь, а другим тебя прихлопнут. У меня это получилось почти в буквальном смысле.

Расплата

остав налетчиков временами варьировался, но ни одно нападение не обходилось без Насибуллина и Львова. На мастера одного из местных предприятий Анатолия Т., человека достаточно крепкого, они напали вдвоем.

В отличие от своих товарищей по несчастью, Т. шел не один, а со своей овчаркой. Преступники сначала ударом по голове «отключили» собаку. Хозяин пытался отбиваться, но вскоре пропустил удар и на время потерял сознание. Злоумышленники сняли с Т. шапку и дубленку, забрали кошелек с тридцатью тысячами. И подобных эпизодов у группы Насибуллина хоть отбавляй.

Из беседы с Русланом Насибуллиным

- Ранее у тебя были конфликты с законом?
- Судимостей по малолетке я не имел. Не было и приводов в милицию.
- Как известно, по вашему делу проходил и твой младший брат...
- Да. Он получил шесть лет.
- В скольких эпизодах он участвовал?
- Я точно не помню. В одном или в двух.

Повязали бандитов просто. Февральской ночью Насибуллин и Львов шли по темной улице. Рядом с ними остановился милицейский «уазик», из которого вышли капитан и майор. В руках Львов держал черенок ели. Он-то и вызвал подозрение. Парней обыскали и отправили в райотдел. Сопротивление при задержании они не оказывали. Вскоре в камерах оказались и их подельники.

Из беседы с Русланом Насибуллиным

- Если бы пришлось выбирать между «вышкой» и пожизненным заключением...
- Да я как-то и не задумывался об этом».
Стараюсь жить сегодняшним днем. Но, узнав, что мой приговор заменен на пожизненное заключение, я обрадовался бы.
- Твое отношение к смертной казни?
- Я считаю, что как мера устрашения она бесполезна. Любой человек, идущий на преступление, не думает о наказании. Каждый уверен, что его не поймают. Так что с отменой «вышки» ничего не изменится. С другой стороны, у нас много людей, говорящих о некоторых преступниках: «Да я бы его на первом суку повесил!» Получается, что рано еще отменять казнь, общество готово к этому. К тому же если ее заменить на пожизненное, то образуется огромная армия нахлебников, которых надо поить, кормить. Наверное, «пожизненникам» надо предоставлять какую-то работу, чтобы они окупали свое существование...
- Ты верующий?
- Я в Бога верю, хоть и некрещеный. Мой отец татарин, мусульманин. Покойная мать была русской, христианкой. Уже в тюрьме я читал Новый Завет. Все, что говорил Иисус, я принимаю. А вообще мне сейчас уже поздно грехи замаливать. Раньше надо было думать.
- По-твоему, приговор справедлив?
- Да, конечно. В принципе, между пожизненным заключением и расстрелом - не очень большая разница.
- Каким ты видел свое будущее?
- Когда меня задержали, у меня в кармане была повестка в военкомат. Через три месяца должен был идти в армию. У меня даже в мыслях не было, что окажусь в тюрьме. Да и подельники мои, я уверен, вскоре «завязали бы. Что касается армии, то «косить» от нее собирался. Хотел служить в каком-нибудь спецназе. А на деле все вышло совсем не так… (Все имена и фамилии - подлинные.)

Евгений  Семенов
По материалам газеты
"За решеткой" (№8 2010 г.)