Шурик Захар

Шурик Захар   Шурик Захар (Захаров) - «звезда Балашихи», как его шутейно называли товарищи по оружию. Этот вор прославился тем, что 90 суток просидел в ШИЗО знаменитого Владимирского централа.
   Шурик Захар родился в Белоруссии в поселке Сосновка в 1952 году. После окончания восьмого класса Саша со своим приятелем совершил разбой и быстро попался. В 15 лет он очутился в воспитательной колонии.
   Второй срок получил уже за драку. Вспыльчивый Шурик отдубасил обидчика так, что тот умер на операционном столе. Уголовное дело удалось переквалифицировать с «умышленного убийства» на «тяжкие телесны повреждения, повлекшие смерть». Суд, впрочем, не особо гуманен: он приговорил Александра Захарова к 9 годам строгого режима.
   В лагерях Захар не тушевался, и его быстро подтянули к себе блатные, которые загодя готовят «честолюбивых дублеров». Там же, в неволе, Шурик Захар, а теперь его называли только так, пристрастился к... кокаину.
   В таких чудесных условиях Шурик как правильный зек отсидел от звонка до звонка. Выйдя на свободу, он уже через несколько месяцев попался милицейскому патрулю с «коксом» на кармане, как говорят в определенных кругах. Следователю Шурик заявил, что это обычная милицейская подстава. Впрочем, он опять оказывается на зоне. Срок - 4 года. И почетный статус - ООР - особо опасный рецидивист.

   Уже в первый день в колонии Захар избил осужденного, который не уступил ему нары. Почти как Доцент в известном фильме - «пасть порвал». Спустя два дня Шурик оказывается в ШИЗО за отказ от работы и матерщину в адрес сотрудника. Администрация поняла: такого только могила исправит, надо от него избавляться. В итоге Захара отправляют на тюремный крытый режим в ПКТ. А именно - в знаменитый Владимирский централ.
   В централе Александр Захаров проходит «коронацию» и награждается высшим блатным титулом. Он знакомится с известными столичными ворами и решает вместе с ними покорить Москву. Новоиспеченный вор в законе отметил это событие как полагается
десятью сутками карцера.
   Подобная процедура здесь превратилась в обычное явление. Дежурный по карцеру намеренно просрочил штрафную дозу, чтобы на одиннадцатый день осужденный Захаров возмутился: «Ты что, начальник?! Сколько можно здесь париться? Открывай калитку!» За эту вежливую подсказку его продержали в карцере еще трое суток. В общей сложности карцерный стаж владимирского узника перевалил за 90 суток. Как говорят знающие люди, «штрафняк» в этом централе перенести еще сложнее, чем где-либо еще. Там феноменальная сырость!
   Спустя несколько лет Шурик Захар этапировался в Волоколамскую тюрьму, где жил припеваючи. Пил коньяк, смотрел телик, носил американские джинсы. Началось перестроечное время, когда за деньги можно было все и даже больше. Сидевшие вместе с Захаром утверждали, что он часто отлучался из тюрьмы (!) в городскую сауну, где за полчаса до его приезда накрывался стол и подвозились барышни совсем не тяжелого поведения. Почти во всех увеселительных мероприятиях законника якобы сопровождали сотрудники тюрьмы и некоторые должностные лица. Это могло быть очередной воровской легендой, а могло и не быть. Земля слухами полнится. Так сказать, хотите - верьте, хотите - нет.
   В то время люди Захара усиливали контроль за торговлей в ряде районов Москвы и Подмосковья. Особенный упор делался на Балашиху, позже ставшую для Захарова родной вотчиной. Даже в тюрьме Шурик знал все новости уголовного мира Москвы.
   Теперь что касается его нелюбви к кавказским бандитам. Из колонии Захар отослал малявы, в которых призывал славянских воров сплотиться, не дать «пиковым» жирных кусков столицы. «Мы должны вернуть русскому вору былую славу, - писал в малявах Захар.
   Нельзя идти в беспредел. Пусть нам поможет наш воровской закон и наш русский мужик».
   Впрочем, сам Захаров отрицал открытую вражду с кавказскими авторитетами: «Я не люблю взрывы, пальбу, проломленные черепа и выпущенные кишки. У кого нет головы, тот работает пальцами, нажимая на спусковые крючки и кнопки дистанционных устройств. У меня же голова пока на месте, и я считаю, что русские воры могут и должны восстановить блатной закон без крови. Оружие появляется тогда, когда кончаются слова и деньги».
   Наконец, в 1989 году Захар освободился, что не обрадовало столичную милицию. ГУВД хорошо знало энергичного Шурика, который может затеять чистку Москвы от кавказского элемента. К тому времени отношения между «пиковыми» и славянами были подпорчены окончательно.
   К тому же среди кавказцев начались споры за передел Москвы между азербайджанцами, армянами, грузинами и чеченцами. 1992 год начался с убийства вора в законе Виктора Никифорова по кличке Калина. 14 января его убил наемник пистолетным выстрелом в затылок. Калина был известен своими антикавказскими настроениями. Его ликвидацию многие приписали чеченской общине, которую серьезно представлял лишь один вор в законе Султан Даудов (чеченская группировка вообще не признавала каких бы то ни было воровских традиций. В 1988 году на сходняке в Дагомысе российские законники попытались найти общий язык с полпредами чеченской мафии, но те высокомерно удалились, заявив: «У нас свои законы, и пусть победит сильнейший»). Характерно, что ипподром, который контролировал Никифоров, перешел под крыло чеченской общины. В ответ участились сходки воров с участием Александра Захарова, Андрея Исаева, Алексея Петрика, Владимира Савоськина (все - ярые поборники русской воровской идеи). У чеченской общины появились первые потери из числа бригадиров, их отстреливали.
   Любопытный исторический эпизод. Как пишет в своей книге «Преступники и преступления. Законы преступного мира. Паханы, авторитеты, воры в законе» Александр Кучинский: «13 февраля 1992 года председатель Верховного Совета чеченец Руслан Хасбулатов связался по телефону с Виктором Ериным, который возглавлял МВД России: «Завтра в девять утра директора всех гостиниц Москвы должны быть у меня. Явка обязательна для всех без исключения». Сей строгий приказ был выполнен. Во время встречи Хасбулатов наказал: «Лиц чеченской национальности выселить из вверенных вам гостиниц, а также отказывать им в поселении. Нарушение этого указания будет грозить отстранением от должности». Спустя неделю после этой встречи столичный ОМОН нагрянул в гостиницу «Заря» и выволок оттуда три десятка чеченцев. Их привезли в 77-е отделение милиции. Намяв чеченцам бока, стражи порядка посоветовали им побыстрей покинуть Москву.
   Шурик Захар обустраивается в Балашихе и берет под личный контроль крупную долю местного бизнеса. В Балашихе также обитал тот самый Султан Даудов, единственный в мире чеченский вор в законе, опекавший часть балашихинской торговли. Несмотря на близкое и опасное соседство, между Захаром и Султаном стычек не было. Первому импонировало то, что чеченец был далек от нравов воровской братии Кавказа: не имел роскошных особняков, дорогих автомобилей и модных украшений. Земляки Даудова лишь усмехались и называли его босяком.
   В марте 1994 года Султан Даудов был убит. Вместе со своим охранником он вошел в офис фирмы «Росинтер» (в некоторых документах она фигурирует как «Интеррос») и нарвался на автоматную очередь. В списке подозреваемых Захаров числился в первых рядах.
   В мае группа наружного наблюдения проводила автомобильный эскорт Захара до московского бара «Шаман», расположенного на проспекте Энтузиастов. Через десять минут в «Шаман» нагрянул уголовный розыск. В салоне автомобиля был изъят пистолет в полной боевой готовности. Захара доставили на Петровку 38, где его продержали несколько часов. Затем Захаров вышел и сел в «Мерседес», который подогнала к ГУВД заботливая охрана. Для сыщиков он вновь оказался недосягаем. Связи в России даже важнее денег...
 
Евгений Соломонов
По материалам газеты
"За решеткой" (№7 2012 г.)