Пленная Европа

пленники     Итальянцы в лагерях НКВД делали друг из друга
Совсем недавно в нашей стране широко отметили 65-ю годовщину победы СССР в Великой Отечественной войне. Как водится, к этому знаменательному событию было рассекречено большое количество материалов из спецхранов. Изучая их, историки и журналисты могут теперь рассказать аудитории о новых, малоиз­вестных событиях той войны.
Нашествие «двунадесяти языков»
     Например, появилась реальная возмож­ность подробно осветить такую закрытую прежде тему, как участие войск союзников Гитлера в войне против СССР. Ведь не все знают, что во время войны на стороне вер­махта сражались почти 1800 тысяч человек, проживавших в различных странах Европы. Во-первых, это были кадровые военно­служащие стран - официальных союзниц гитлеровской Германии: Италии, Румынии, Венгрии, Словакии, Финляндии, Испании. Во-вторых, это многочисленные иностранные добровольцы из Дании, Голландии, Норвегии, Хорватии, Бельгии, а также республик СССР: Латвии и Эстонии, воевавшие в основном в войсках СС. В вермахте служило много че­хов, поляков, французов, австрийцев.

Ледяной ад
     Большую военную помощь Гитлеру оказал его приятель и «подельник» по нацистской оси итальянский дуче Бенито Муссолини. Несмотря на то что Италия вела активные боевые действия в Северной Африке и на Балканах, Муссолини отправил в Россию 220-тысячную армию, неплохо вооруженную и подготовленную. Итальянские части действовали в основном на юге - на Украине и на Северном Кавказе в наиболее подходящих для них климатических условиях.
     Осенью 1942 года две итальянские армии оказались в районе Сталинграда, прикрывая фланги наступавших немцев. Именно здесь, в волжских степях, разыгралась самая большая трагедия в итальянской военной истории. После контрнаступления под Сталинградом Красная армия провела Острогожско-Россо­шанскую наступательную операцию, в ходе которой она окружила и полностью разбила итальянские войска. Только части альпийс­кого корпуса, привычные к снегу и морозам, смогли отступить, прорвав 26 января 1943 года окружение. По официальным данным, в степях между Волгой и Доном погибли 45 тысяч итальянских солдат, около 70 тысяч попали в плен. Для них началась адская одиссея.
     Ослабевшие и голодные итальянцы гибли тысячами. Из-за отсутствия автотранспорта конвой заставлял пленных проходить пешком сотни километров по заснеженным дорогам во время сильных морозов. При этом из-за безалаберности собственного командования девяносто про­центов итальянцев имели на себе только летнее обмундирование! Когда пленные доходили до железной дороги, их набивали в вагоны, как сардины в банку. Путь длился неделями с беско­нечными остановками, почти без еды и воды. Когда поезд приезжал в сортировочный лагерь и открывались вагоны, мертвых в них порой было больше, чем выживших. НКВД явно не был готов к приему такого большого количества военнопленных и к их транспортировке в условиях суровой зимы. Полная беспо­мощность ощущалась в организации питания и медицинского обслуживания.
     Справедливости ради стоит отметить, что специально военнопленных никто не морил. Более того, к пленным итальянцам советские солдаты относились более добро­желательно, чем, скажем, к немцам. Однако Советский Союз в тот момент испытывал значительные трудности в снабжении армии и населения продовольствием, медикамен­тами, топливом, теплым обмундированием, а железнодорожный транспорт работал на пределе своих сил. Не хватало подвижного состава даже для нужд Красной армии. Все это объективно ухудшало положение ита­льянских военнопленных. Впрочем, в таких же тяжелых условиях находились не только итальянцы, но и пленные румыны, а также венгры. Но они лучше переносили суровый русский климат.
     Для пленных итальянцев выделили один из самых больших лагерей НКВД - № 188. Он располагался на железнодорожной станции Рада недалеко от Тамбова, в 480 километрах к юго-востоку от Москвы. За шесть месяцев, начиная с декабря 1942 года, сюда поступили 24 тысячи пленных итальянцев. Однако лагерь не был приспособлен к приему такого количества людей. Первоначально даже охранники спали в брезентовых палатках, а военнопленные - в боль­ших землянках, рассчитанных на 80 человек. Смертность узников была ужасающей. Рассказы итальянцев, переживших эту зиму, леденят душу. Лагерь зарастал грязью, свирепствовали дизентерия и сыпной тиф. Вши не давали покоя и от них было невозможно избавиться никаким способом. Не хватало самого необхо­димого - топлива, лекарств, мыла, одеял, теп­лой одежды. Регулярно происходили побоища из-за куска хлеба.
     Одичание некоторых военнопленных дошло до крайней степени. Капитан Гвидо Музителли, находившийся зимой 1942-43 года в лагере № 188, вспоминал, что широкое распростране­ние там получили случаи каннибализма.
     «Ели мертвецов, а иногда и умирающих, - рассказывал он в своем интервью. - У умирающих кровь была еще теплая. Один из наших мне принес мешок с человеческим сердцем, я из последних сил его ударил, а он сказал: «"Капитан, попробуйте, это очень вкусно"».
     Такие случаи встревожили охрану, и не­скольких людоедов, готовивших из своих однополчан пиццу, пришлось расстрелять. Весной 1943 года лагерь № 188 значительно расширился, условия содержания там улуч­шились. Были построены теплые бревенчатые бараки, столовая, клуб и даже католическая часовня. В лагере оказались католические священники (из числа попавших в плен военных капелланов), которые регулярно исповедовали заключенных, служили мессу на Пасху и на Рождество.пленные итальянцы
     Другой крупный лагерь для итальянских во­еннопленных размещался в Липецкой области в поселке Усмань. В отличие от пленных немцев и румын, итальянцев не посылали работать на промышленные объекты, лесозаготовку и они занимались только обслуживанием хозчасти лагеря. Правда, здесь имелись свои исклю­чения. За злостное нарушение дисциплины и попытки побега итальянцев мелкими группами (до десяти человек) отправляли работать в про­изводственные лагеря, в том числе на Урал и в Сибирь. Для заключенных это означало верную смерть, так как итальянцы плохо переносили тяжелый физический труд.
     В 1947 году центральный лагерь на Раде и Липецкий лагерь были закрыты. Все итальян­ские военнослужащие вернулись домой. По мнению итальянских историков, в советском плену погибли не менее 60 тысяч солдат и офицеров армии дуче. Российская сторона признает гибель 20 тысяч военнопленных. На месте их захоронения появилось мемориаль­ное кладбище, открытое в августе 1998 года. 29 ноября 2000 года Радинский мемориал посетил президент Италии Карло Чампи, сам служивший в армии Муссолини во время Вто­рой мировой войны.
Бравые румыны
     Другим верным (правда, до поры до вре­мени) союзником Германии была Румыния, которой железной рукой управлял другой диктатор - генерал Йон Антонеску. Эта страна вступила в войну с расчетом на то, что в случае победы немцев от СССР удастся отторгнуть Молдавию, Буковину и значительные террито­рии Южной Украины вместе с Одессой. Румыны выставили большую армию численностью 480 тысяч человек, которая в ряде случаев действовала весьма успешно.
     В частности, именно румыны взяли Одессу, Николаев в 1941 году и активно участвовали в штурме Севастополя. Однако под Сталинг­радом румынская армия была наголову раз­громлена. В советский плен попали почти 200 тысяч румынских солдат.
     В отличие от привыкших к удобствам цивилизации немцев и итальянцев, румыны не так тяжко ощущали тяготы советского плена. Они меньше болели, стойко переносили голод и русский мороз. Возможно, это объяснялось тем, что подавляющая масса румынских солдат про­исходила из физически крепких крестьян, привыкших преодолевать жизненные трудности.
     Так или иначе, число румын, погибших в советском плену минимально. Они неплохо адаптировались к жизни в лагерях и лучше всех переносили плен. В душе румыны не любили немцев, и антигитлеровская пропаганда в их среде давала неплохие результаты.
     В октябре 1943 года Государственный Ко­митет Обороны СССР принял постановление о формировании 1-й румынской добровольчес­кой пехотной дивизии «Тудор Владимиреску», названой так в честь национального героя Румынии, поручика Русской армии. Дивизия формировалась в Селецких лагерях под Ря­занью, где многие из военнопленных румын к тому времени уже служили в качестве над­зирателей, присматривая за своими бывшими союзниками - военнопленными вермахта.
     Командиром дивизии советское руководство назначило полковника Николае Камбря, бывшего начальника штаба румынской 5-й пехотной дивизии. Комиссаром стала Анна Паукер, член ЦК румынской компартии. Среди командного состава дивизии было 160 офи­церов Красной Армии. В августе 1944 года дивизия, насчитывающая 10 тысяч человек, была отправлена на фронт и приняла участие в боевых действиях.
     Тем временем 23 августа 1944 года в Буха­ресте произошел государственный переворот. Румынский король Михай арестовал генерала Антонеску и объявил о переходе Румынии на сторону антигитлеровской коалиции (за что и был впоследствии награжден советским орденом Победы). 31 августа 1944 года в Бухарест без боя вошли советские войска, а вслед за ними дивизия «Тудор Владими­реску». После августовского переворота вся румынская армия по приказу короля стала воевать против нацистской Германии. Румыны активно участвовали в боях против немецких и венгерских войск в Трансильвании (которую немцы отобрали незадолго до этого у Румынии и передали ее Венгрии), в Венгрии, Словакии. В ходе боевых действий они понесли большие потери.
     В апреле 1945 года из румынских воен­нопленных была сформирована 2-я добровольческая дивизия. Ею командовал генерал Ласкар, взятый в плен Красной армией в ноябре 1942 года. Этот генерал высоко це­нился немецким командованием. Ласкар был награжден германским Рыцапленныерским Крестом, который из иностранцев имели лишь Антонес­ку, Маннергейм и венгерский адмирал Хорти. Но генерал положил на это нацистское отличие «с прибором» и перешел на сторону союзни­ков. Полнокровное участие румын в войне на стороне антигитлеровской коалиции привело к тому, что НКВД вынужден был в массовом порядке освобождать румынских солдат из ла­герей и отправлять их в действующую армию в качестве пополнения, а после победы провести массовую репатриацию.
     В докладной записке Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР (ГУПВИ) в июне 1946 года отме­чалось, что в советских лагерях находится только «...5768 военнопленных и интерни­рованных граждан Румынии, из них военно­пленных 5474 человека, в том числе один генерал. Репатриация этих лиц задержана по следующим причинам: 1 891 как осужденные и 251 как находящиеся под следствием, 200 как служившие в разведывательных, контр­разведывательных и карательных органах румынской армии; 2366 как лица немецкой национальности, состоящие в гражданстве Румынии; 46 как выходцы с территорий, воссоединенных Советским Союзом; 533 ввиду их болезни». Таким образом вопрос с румынскими военнопленными был решен. Румынские военнослужащие, осужденные советским судом за военные преступления (в количестве не более двух тысяч человек), были амнистированы и вернулись на родину летом 1955 года.
Гонведы и гусары
     Еще одним союзником гитлеровской Гер­мании являлась Венгрия. В июне 1941 года венгры выставили против СССР армию чис­ленностью 380 тысяч человек. Пехотинцы в венгерской армии именовались гонведами, кавалеристы - гусарами. Помимо кавалерии, венгры имели сильные механизированные части, хорошую артиллерию, а по своему воинскому духу значительно превосходили итальянцев и румын. Венгерская армия так­же воевала на Украине, а летом 1942 года штурмовала Воронеж. В ходе зимнего контрнаступления 1943 года 3-я венгерская армия была полностью разгромлена Красной армией. Погибли около 70 тысяч венгерских солдат и офицеров, в плен попали примерно 30 тысяч военнослужащих. 3-я венгерская армия пол­ностью потеряла боеспособность, и немцы отвели ее в глубокий тыл, где использовали для борьбы с партизанами.
     Военнопленных венгров первоначально направили в крупный лагерь под Усманью (Ли­пецкая область), где уже обитали итальянцы. Бытовые условия там были к тому времени довольно сносными, режим содержания - ли­беральным.
     Функционеры НКВД очень хотели создать из пленных венгров боеспособный добровольчес­кий корпус и бросить его против немцев. Од­нако эта идея блестяще провалилась. Венгры упорно не желали воевать на стороне СССР. Более того, когда в октябре 1944 года боевые действия докатились до территории самой Венгрии, они оказали советским войскам ожес­точенное сопротивление. На своей территории венгерские части сражались очень упорно и нанесли советским и румынским частям большие потери.
Фактически венгры остались последними союзниками гитлеровской Гер­мании, сражались до конца и капитулировали только 9 мая 1945 года.
     Согласно архивным документам, в совет­ском плену в мае 1945 года оказались 425 тысяч венгерских солдат и офицеров. Органы НКВД-МГБ отнеслись к пленным венграм до­вольно сурово. Да и простые советские сол­даты не ощущали разницы между немцами и мадьярами. В результате пленных венгров стали жестко «прессовать». Их посылали на самые тяжелые работы, хуже кормили, жес­тко наказывали за дисциплинарные проступ­ки. Пленные венгры восстанавливали шахты Донбасса, трудились в шахтах Воркуты, Кемерово, работали на уральских рудниках и военных заводах. Часто к ним относились еще хуже, чем к немцам.
     Однако в 1947 году положение венгерских пленных сказочным образом переменилось. Дело в том, что политическое руководство СССР приняло решение включить Венгрию в сферу своего влияния. Соответственно, эта страна стала рассматриваться не как враждебная, а как дружес­твенная. В результате большая часть венгерских военнопленных в течение короткого срока были репатриированы на родину. К 1948 году на территории СССР в лагерях оставалось всего 7506 венгерских военнопленных, которые считались военными преступниками. В 1955 году советские лагеря покинули пос­ледние 370 граждан Венгрии.
Вместо заключения
     После окончания войны Глав­ное управление по делам воен­нопленных и интернированных МВД СССР (ГУПВИ) составило справку, в которой проанализировало нацио­нальный состав военнослужащих противника, взятых в плен Красной Армией. Картина по­лучилась весьма характерная. Немцев было взято в плен 2 389 560 человек, венгров - 513 767, румын - 187 370, австрийцев - 156 682, чехов и словаков - 69 977, поляков - 60 280, итальянцев- 48 957, французов- 23 136, югославов- 21 822. молдаван- 14 129, гол­ландцев -4 729, финнов -2377, бельгийцев -2 010, люксембуржцев - 1652, датчан - 457, испанцев - 452, норвежцев - 101 человек.
     Фактически Гитлер бросил против СССР вооруженные силы всей Европы, за исключением разве что Англии и Швейцарии вкупе со Швецией. Многие из этих бравых вояк рассчитывали, что вторжение в Россию будет для них легкой военной прогулкой. Но эти иллюзии им пришлось оставить в окопах под градом «катюш», а затем во время отсидки в суровых лагерях ГУЛАГА.
     ...Недавно под Усманью местные власти привели в порядок кладбища итальянских и венгерских военнопленных. На погосте итальянцев водрузили большой камень из красного гранита с медной табличкой, а на кладбище венгров - католический крест и две плиты из черного гранита. В Челябинс­ке также планируют установить памятники погибшим венгерским военнопленным. Уход за воинскими захоронениями, вне всякого сомнения, является гуманной деятельностью, которая должна служить исключительно сохранению памяти погибших и примирению бывших противников. При этом не стоит забывать, что в этих могилах покоятся не мирные интуристы, а неудачливые завоева­тели, незваные гости, пришедшие с оружием в руках на нашу землю.
Андрей Васильев
По материалам газеты
"За решеткой" (№8 2010 г.)