Челябинское СИЗО №1

челябинская тюрьма-сизо №1 Не так давно выяснилось, что челябинский СИЗО № 1 является одной из старейших российских тюрем из числа тех, которые действуют и по сей день. Об этом стало известно благодаря историческим архивам, которые подтвердили: челябинская уголовная тюрьма открылась в 1821 году, а сумма, потраченная на ее строительство, - 25 тысяч 520 рублей. Надо сказать, внушительная по тем временам сумма...
Самой древней из работающих по сей день пенитенциарных учреждений России считается Чебоксарская тюрьма. Ее построили в 1648 году по личному указу Ивана Грозного. Стены этого острога помнят еще Стеньку Разина и его брата Фрола. Почетное второе место занимает знаменитая «Бутырка» в Москве. Она построена в 1771 году по проекту великого русского архитектора Матвея Казакова на месте солдатского замка острога. Затем идет не менее известный Владимирский централ, построенный в 1773 году по указу императрицы Екатерины II как работный дом, куда брали под стражу за мелкое воровство. А вот четвертое место благодаря усилиям уральских краеведов заняла челябинская тюрьма, история которой, если верить архивным материалам, началась в 1821 году.

Вышеуказанная сумма в размере 25 тысяч 520 рублей была довольно значительной. Чтобы понять ее истинный размер, можно вспомнить, что основной денежной единицей России в те времена был ассигнационный рубль - что-то около четверти серебряного рубля. Золотой червонец (империал) равнялся 40 рублям ассигнациями. В те годы цены были таковы: пуд соли - 1 рубль, извозчик -80 копеек, одна ревизская душа с землей - в среднем 450 рублей. Известно, что книгоиздатель Смирдин заплатил А.С. Пушкину за право первого издания «Евгения Онегина» 12 тысяч рублей. Так что, образно говоря, челябинская тюрьма равна по стоимости двум «Онегиным». Не нужно забывать, что строительные материалы в те годы стоили в сравнении с нынешними ценами не так уж и много. Да и работа ценилась не слишком щедро. Так что деньги были потрачены не зря.

В те годы Челябинск был небольшим захолустным городком с населением в 7,5 тысячи человек. Он занимал удобное географическое положение: на узловом тракте, откуда расходились пути на Екатеринбург, Тобольск и Курган. Именно здесь проходил знаменитый Владимирский тракт, по которому арестантов и государственных преступников гнали на каторгу в Сибирь. В Челябинске была остановка этапа. Острог стоял как раз на пересечении нынешних улиц Кирова и проспекта Ленина (тогда - Уфимской и Южного бульвара).

Учреждение даже по нынешним меркам было немаленьким: двор, обнесенный забором из цельных сосновых бревен с заостренной верхушкой, внутри двора - два одноэтажных бревенчатых барака вместимостью 400-500 человек каждый. Острог всегда был переполнен, особенно зимой, так как партии в Сибирь направлялись по весне, когда сходил снег. С увеличением количества арестантов острог пришлось расширять, для этого был арендован деревянный дом напротив.

К концу XIX - началу XX века количество арестантов в России возросло, пересыльных помещений в Челябинске стало не хватать. 6 января 1885 года Александр III принял судьбоносное для всего Южного Урала решение о начале строительства Сибирской железной дороги. Таким образом, небольшому провинциальному городку, тихой Челябе, выпала честь стать железнодорожными воротами в Сибирь. К этому периоду уголовная тюрьма, эксплуатирующаяся с немалым размахом, представляла собой жалкое зрелище. Известный историк-профессор Михаил Гернет в своей работе «История царской тюрьмы» отметил, что еще к 1837. «...тюрьма пришла в совершенную ветхость и грозит падением, стены до того худы, что в одиннадцати местах образовались трещины сверху донизу. Своды покачнулись в разные стороны и едва держатся при помощи лесов, подпирающих их изнутри казематов. Казематы тесны и переполнены арестантами, на каждую квадратную сажень приходится почти четыре человека, то есть один квадратный метр на арестанта».

Согласно известной пословице о том, что на Руси долго запрягают, но быстро едут, вопрос о строительстве новой тюрьмы «запрягался» более 60 лет. И только в 1908 году на берегу Миасса возвели новый кирпичный тюремный замок в несколько этажей. Вот он-то и по сей день выполняет свои функции - уже как следственный изолятор №1. Под коньком крыши изолятора и сейчас виден крест, на века выложенный из красного кирпича. Но что он символизирует - незыблемость страданий русского народа или символическое указание на то, что наши беды пресекутся крестом - никто сказать не может. Зато точно известно: под каменным крестом челябинского СИЗО творилось множество дел - незабываемых и страшных.

Расстрел на месте

Можно сказать, что строители нового здания словно предчувствовали наступление «новой эры», когда тюрьма станет основным «двигателем» прогресса. Этот головокружительный расцвет пришелся на долю челябинского СИЗО в период сталинских «чисток» - с 30-х до 60-х годов прошлого века.

Камеры были переполнены, тюрьма, стоящая на распутье большого этапа, принимала партию за партией. А машина репрессий перемалывала судьбу за судьбой, тысячу за тысячей. Разумеется, не все арестанты доезжали до места назначения: часть умирали в пути, другие навсегда застревали в «воротах Сибири», где им выносили смертные приговоры. Причем расстрелы осуществлялись прямо на месте. Правда, не в самой тюрьме, а чуть поодаль. Знающие люди, живущие в районе Российской улицы, утверждают, что врагов народа «исполняли» за железной дорогой, там, где сейчас поля для выпаса скота. Для скота и людей под «железкой» был переход - как раз напротив тюрьмы. Уводили далеко, к нынешнему таксопарку, где высилась громадная куча перегноя, смешанного с навозом. Навоз туда вывозили с конного двора, что как раз был на месте нынешнего Дворца спорта ЧЭМК. Там приговоры приводили в исполнение. Правда, куда вывозили трупы, неизвестно. Но мальчишки, бегающие по тем местам в поисках гильз, еще долго находили всякие вещи - пуговицы, очки, лоскутья истлевшей одежды.

До 1940 г. режимный корпус делился на две половины. На одной содержались уголовные преступники, которые выводились для работы на фабрику имени Коровина. Политзаключенные размещались изолированно и не работали. Учреждение имело свою мельницу и хлебопекарню, водокачку и лесопилку, конный двор, были выделены участки для рубки леса, посадки овощей и картофеля.

В 60-е годы тюрьма становится следственным изолятором, камеры переоборудованы для содержания спецконтингента, в каждую подведены водопровод и канализация. Через десять лет построили корпус для содержания несовершеннолетних сизо №1преступников, открыли столярный и швейный цеха. В это же время здание главного корпуса дополнили прогулочными двориками, расположенными на крыше. С начала 90-х в учреждении резко возросла численность спецконтингента, поэтому возникла необходимость в дополнительных местах. Началась реконструкция, которая придала изолятору нынешний облик. В настоящее время СИЗО №1 обслуживает 5 районов Челябинска и 3 района области. Спецконтингент содержится в 4 корпусах. Лимит наполнения - 1008 человек. Почти как в начале XIX века: как говорится, откуда ушли, туда и вернулись.

Люди и судьбы

История СИЗО №1 знает и мрачные страницы, когда приговоры исполнялись прямо в помещении изолятора. Казнили людоедов, насильников, серийных убийц. Последнего из маньяков расстреляли в 1995 году. А вот 44-летнего Алексея Запьянцева - убийцу и каннибала - расстрелять не успели: как раз подоспел мораторий на смертную казнь. Этот изверг в человеческом обличье убил своего близкого друга, а потом в течение нескольких дней жарил мясо, варил супы и за обе щеки уплетал человеческую плоть. Когда его посадил в камеру, никто из «друзей по несчастью» с людоедом не общался. Пришлось его отселить в самую дальнюю камеру, где он дождался своего приговора - 22 года заключения.

В наши дни в челябинском СИЗО сидят самые разные люди, иногда довольно опасные. В этой связи можно вспомнить Людмилу Черкасову, которая в пьяном угаре на глазах четверых детей зарубила топором мужа. А после, смекнув, что труп надо прятать, заставила всех четверых (от 7 до 13 лет) мальчишек помогать ей расчленять и выносить по частям тело. И таких преступников в уральском СИЗО немало.

К сожалению, в старейшем СИЗО случаются и серьезные ЧП. К таким можно отнести недавнюю гибель осужденной Ольги Гридневой, труп которой с целлофановым пакетом на голове обнаружили в камере 22 июля сего года.

28-летняя цыганка была осуждена 14 июля к 8,5 года лишения свободы за сбыт наркотиков в крупном размере и ожидала в СИЗО этапирования в колонию. Ранее погибшая уже отбывала шесть лет за аналогичное преступление. Ранее она долгое время употребляла наркотики и была ВИЧ-инфицирована. Возможно, это и стало причиной самоубийства.

Так что обстановка в старейшем уральском СИЗО остается непростой: увы, здесь всегда надо быть начеку.

(Все имена и фамилии изменены.)

Егор Шварц
По материалам газеты
"За решеткой" (№12 2010 г.)