Алма-Атинский централ

заключенные казахи Алма-Атинский следственный изолятор существует уже более ста лет. Здесь ожидали поворота своей судьбы (и решения суда) тысячи арестантов. При этом в разные исторические эпохи Алма-Атинский централ резко отличался от самого себя в прошлом. То это была невзрачная областная тюряга на окраине империи, то - образцовый политизолятор, то суровый восточный зиндан, причем все это было в одних и тех же стенах.

До Октябрьской революции и Гражданской войны Алма-Ата называлась городом Верным. Город был основан в 1856 году как сильная военная крепость на окраинах Российской империи. Одновременно Верный являлся крупным административным центром и столицей Семиреченского казачьего войска. Основное население города составляли военные, казаки и чиновники, то есть люди законопослушные и дисциплинированные. Преступлений в городе совершалось немного. Поэтому, когда в 1893 году встал вопрос о строительстве в Верном каменной тюрьмы, городские власти решили не тратить на это много денег и возвели небольшой тюремный замок, имевший всего восемнадцать небольших камер. Максимальное количество арестантов, которых могла вместить новая тюрьма, определялось в 84 человека.

Как следует из архивов, в период с 1896 по 1916 год по уголовным делам «общей подсудности» в Верном были привлечены к ответственности 376 мужчин и 13 женщин, а по делам подсудным мировым судьям -1046 мужчин и 238 женщин. Среди преступлений преобладали кражи, похищение и повреждение леса, оскорбление чести. Следует добавить, что подавляющее число проступков коренного населения, то есть казахов, разбиралось национальным судом биев и ни в какую статистику не входило. Большинство осужденных к тюремному заключению получали очень небольшие сроки - от шести месяцев до года лишения свободы. Исключение составляли лица, осужденные за убийство. Но таких в местной тюрьме не содержали, а сразу отправляли на каторгу в Сибирь.

Обеспечение тюрьмы продовольствием велось хозспособом. Для разнообразия арестантской пайки возделывались огороды, которые содержались на высоком агрономическом уровне. «Единственный в городе огород, в котором, кроме лука, капусты и картофеля, можно найти и разные, более ценные сорта овощей, как, например, цветную и брюссельскую капусту, сельдерей, шпинат - это подсобное хозяйство тюрьмы », - писала одна местная газета. Излишки овощей от тюремного стола продавались к столу горожан.

Осужденные работали как на огороде, так и в мастерских. В 1907 году они заработали 4544 рубля 16 копеек, значительную по тем временам сумму. 2029 рублей выдали самим арестантам, остальные поступили в казну и в «пользу мест заключения». Однако собранные средства не транжирились, а использовались на конкретные нужды. Так, в том же 1907 году на лечение арестантов тюремным комитетом было потрачено 3284 рубля 20 копеек. Лечили заключенных лучшие врачи города, которые с удовольствием сотрудничали с тюремным ведомством, так как получали за свою работу стабильные и высокие гонорары.

Бурные годы

лагополучную жизнь края не смогла поколебать даже Первая мировая война. Лишь начиная с 1916 года в Семиречье стали происходить бурные события. Сначала в крае вспыхнул националистический мятеж казахов-кочевников. Сегодня историками доказано, что мятеж организовала турецкая агентура, имевшая немалое влияние среди казахской элиты. Туркам, воевавшим в тот момент на стороне немцев, была выгодна любая смута в российском тылу. Восставшие казахи грабили и убивали русских крестьян-переселенцев, жгли казачьи станицы. Царское правительство вынуждено было бросить на подавление мятежа крупные силы, вместо того чтобы отправить их на фронт. Восставших разбили. Начались суды. К смертной казни приговорили 347 человек, к каторжным работам - 168, к исправительным арестантским работам - 228, к тюремному заключению - 129 человек. Часть смертных приговоров привели в исполнение в верненской тюрьме. Так, 9 сентября 1916 года там был повешен Бекбулат Ашикеев, один из руководителей восстания, объявивший себя ханом.

А вскоре началась кровопролитная Гражданская война. Одним из ее эпизодов стал контрреволюционный мятеж в Верном, красочно изображенный писателем Дмитрием Фурмановым в одноименном романе. Фурманов сам едва не стал жертвой восставших солдат гарнизона. С несколькими комиссарами он был заключен в местную тюрьму. Горстке советских работников удалось скрытно выехать из города и призвать на помощь 27-й красный кавалерийский полк. Мятеж был подавлен, но в результате принятых карательных мер население города сократилось вдвое. Впрочем, не всех мятежников казнили. Некоторым малосознательным солдатам приговор сформулировали следующим образом - «заменить расстрел на трехлетний срок заключения в тюрьме для изучения основ марксизма-ленинизма».

В 1929 году в Алма-Ате в ссылке находился «демон русской революции» Лев Троцкий. В ссылку он ехал под конвоем сотрудников ГПУ, и Троцкому волей-неволей пришлось ознакомиться с достопримечательностями местной кутузки, в стенах которой он провел в общей сложности три недели.

Вдохновившись этим примером, руководство ГПУ решило создать в Алма-Ате специальную тюрьму для политзаключенных, число которых росло с каждым днем. Место подходило идеально - глухая окраина СССР, трудная для побега местность, плохо понимающее русский язык население и так далее. Всех уголовников из местного ДОПРа вывезли в другие тюрьмы Казахстана, и Алма-Атинский централ стал режимным политизолятором.камера

В 1937 году здесь был расстрелян М. Либер, а позднее А. Гоц. Это были видные деятели блока эсеро-меньшевиков, занимавшие в 1917 году высокие посты в первых Советах и ВЦИК. Здесь же содержались взятые в плен во время боев под Халхин-Голом японские офицеры.

Тяжелые будни сизо

В начале 60-х годов спецтюрьму вновь переименовали в следственный изолятор ГУВД Алма-Аты, или учреждение ЛА-155/1. В послевоенные времена это СИЗО славилось своим жестким режимом. С другой стороны, здесь можно было довольно легко подкупить охрану и достать местные наркотики, провести сходняк. Чем умело пользовались блатные и воры в законе.

В 1981 году в алма-атинском СИЗО сидел знаменитый казахстанский маньяк-людоед Николай Джумгалиев. Его обвиняли в том, что он изнасиловал, убил, а затем съел семь молодых женщин. Такое дикое преступление никак не укладывалось в общественном сознании, поэтому Джумгалиева признали невменяемым и отправили в ташкентскую спецлечебницу. Однако некоторые люди утверждали, что Джумгалиев стал «косить под людоеда» только в СИЗО, чтобы сбить с толку следствие и уйти от расстрельной статьи. Во всяком случае, в камере он вел себя адекватно, культурно и конфликтов с сокамерниками не имел. Позже и в «Бутырке» он пользовался авторитетом, несмотря на «специфические» статьи.

В августе 1991 года Казахстан стал независимым государством, но состояние его пенитенциарной системы значительно ухудшилось. Сказалось это и на главном СИЗО страны. В советские времена учреждение ЛА-155/1 было рассчитано ровно на одну тысячу человек, и эта норма жестко соблюдалась. Сегодня все камеры СИЗО переполнены. На одних нарах спят по несколько человек. Не хватает матрацев, а те, что имеются в наличии, представляют собой гнилые мешки с вывернутой ватой, полностью отсутствует постельное белье. Казахстанские подследственные жалуются на отсутствие в камерах деревянных полов и горячей воды, наглухо забитые железными жалюзи окна, духоту, ограничение времени прогулок. Причем прогулочные дворики расположены не на свежем воздухе, а на крышах зданий, где приходится дышать раскаленным бетоном и хлоркой, которая применяется для уборки помещений. Плохо организован процесс доставки арестантов из СИЗО в суды. Зекам приходится толпиться на сборном «вокзальчике» по 5-6 часов. Еще одной проблемой является полноценное питание. В Казахстане на питание одного заключенного в день полагается чуть более 100 тенге (это менее одного доллара).

В 2004 году в Алма-Атинский централ впервые были допущены представители Международных правозащитных организаций и им впервые разрешили пообщаться с арестантами. «Хозяин» СИЗО-1 полковник Б. Жунисов в присутствии журналистов и правозащитников пообещал рассмотреть поданные жалобы и устранить имеющиеся недостатки. Но, увы, состояние учреждения ЛА-155/1 пока не изменилось к лучшему. Даже передача казахских СИЗО, колоний и тюрем из ведения МВД в распоряжение Министерства юстиции мало отразилась на их общем состоянии. А зеки, побывавшие в алма-атинском СИЗО отзываются о нем кратко: «Не Европа и не Азия».

По материалам газеты
"За решеткой" (№9 2010 г.)